O.Children: «Власть над музыкой в руках тех, кто её слушает»

Stereoigor встре­тил­ся с фронт­ме­ном груп­пы O.Children Тоби О’Канди и рас­спро­сил музы­кан­та о том, поче­му Боно дол­жен уме­реть, о встре­че с Ником Кейвом, об арти­стах одной пес­ни, музы­каль­ных сте­рео­ти­пах и о том, ради чего стóит и не стóит зани­мать­ся музы­кой.

Напомним, груп­па O.Children была осно­ва­на в Лондоне. Названа в честь пес­ни Ника Кейва:

Эта пес­ня вошла в саунд­трек филь­ма «Гарри Поттер и Дары Смерти»:  Гарри и Гермиона в филь­ме тан­цу­ют под ком­по­зи­цию Ника Кейва «O Children».

В 2010 вышел дебют­ный дол­го­игра­ю­щий диск O.Children: одно­имен­ный «O.Children».
в 2012 появил­ся вто­рой сту­дий­ный аль­бом «Apnea».

Весной 2014 груп­па O.Children впер­вые при­е­ха­ла в Украину, где высту­пи­ла с Концертами в Харькове и Киеве.

Stereoigor: Тоби, посколь­ку назва­ние O.Children ваша груп­па выбра­ла в честь пес­ни Ника Кейва – хочу спро­сить, тебе извест­но, что сам Ник Кейв об этом дума­ет?

Tobi: — Я нико­гда не раз­го­ва­ри­вал с ним лич­но на эту тему, но про­дю­сер Ник Луни, кото­рый про­дю­си­ро­вал запи­си Nick Cave & The Bad Seeds, — так вот он рас­ска­зал, что как-то в сту­дии он поста­вил несколь­ко наших запи­сей Нику Кейву и ска­зал, что груп­па назы­ва­ет­ся O.Children — Кейву запи­си понра­ви­лись. Он ска­зал: «Ок, в доб­рый путь!». Так что Нику Кейву пока­за­лось забав­ным, что мы взя­ли такое имя.

 

Вы встре­ча­лись с Ником Кейвом?

— Да, но я не гово­рил ему ниче­го про O.Children. Это было про­сто встре­ча что-то вро­де: «Здравствуйте, Ник Кейв. Как дела?». Это было ещё до того момен­та, как нача­лись O.Children – наша встре­ча была в фор­ма­те какой-то вече­рин­ки.

 

Летом 2013 года я был на фести­ва­ле Bazant Pohoda, где вы игра­ли, и там же высту­па­ли Nick Cave & The Bad Seeds. Тебе уда­лось уви­дел его кон­церт?

— Нет, к сожа­ле­нию, я там про­пу­стил его, пото­му что мне нуж­но было уез­жать. Двое наших музы­кан­тов оста­лись и посмот­ре­ли его выступ­ле­ние. Мне было необ­хо­ди­мо вер­нуть­ся в сту­дию. Но на выступ­ле­ни­ях – я это сам видел — он все­гда как демон на сцене. Но такой… очень хоро­ший демон.

 

Я с удо­воль­стви­ем посмот­рел ваше опен-эйр-выступление в Словакии, на том фести­ва­ле Bažant Pohoda. Единственный «минус», кото­рый могу отме­тить – это то, что вы игра­ли почти одно­вре­мен­но с iamamiwhoami, высту­пав­шей на дру­гой сцене – при­шлось уви­деть два кон­цер­та не цели­ком. Но это все­гда такое фести­валь­ное неудоб­ство. Где вам нра­вит­ся высту­пать боль­ше – на огром­ных откры­тых пло­щад­ках, подоб­ных фести­валь­ным, или в более интим­ной атмо­сфе­ре клу­ба?

— Для нас это непро­стой вопрос. Более интим­ная атмо­сфе­ра, конеч­но, это здо­ро­во. Можно при­ят­но пови­сеть в клу­бе. Но боль­шие выступ­ле­ния вызы­ва­ют такие ощу­ще­ния, буд­то ты чуть ли не Бог. Это две сто­ро­ны одной меда­ли. Но если заду­мать­ся над тем, что я пред­по­чи­таю — то это, пожа­луй, всё-таки фести­ва­ли. Там все­гда мно­го пуб­ли­ки, кото­рая нас уви­дит. Лишь бы, разу­ме­ет­ся, не было дождя.

В 2010 вышел аль­бом O.Children, в 2012 году — ваша вто­рая пла­стин­ка. Что ты можешь ска­зать о буду­щем аль­бо­ме O.Children?

— Мы рабо­та­ем над новым мате­ри­а­лом. На киев­ском кон­цер­те мы сыг­ра­ли пару све­жих песен. Новые пес­ни зву­чат очень хоро­шо. Наверное, будет спо­соб когда-нибудь скле­ить их в какой-то один лонг­плей, но что меня боль­ше вдох­нов­ля­ет — это их новое зву­ча­ние. Мы вся­кий раз ста­ра­ем­ся при­вно­сить в звук новое. Иначе про­сто ста­но­вит­ся скуч­но.

 

И всё-таки какие пла­ны отно­си­тель­но­го сту­дий­но­го аль­бо­ма?

— Я не думаю пока о лонг­плее. Он подо­ждёт, для него надо ещё всё запи­сать.

 

Ты согла­сен с тем, что инду­стрия дол­го­игра­ю­щих аль­бо­мов себя изжи­ва­ет?

— Да, ей про­сто хана!
В зву­ко­ин­ду­стрии я рабо­таю так­же и как про­дю­сер — создаю пес­ни для по-настоящему поп­со­вых музы­каль­ных про­ек­тов и даже там не полу­ча­ет­ся уже зара­ба­ты­вать день­ги при­выч­ным спо­со­бом. И там тоже нуж­но сдви­гать­ся с этой точ­ки, где есть ожи­да­ния, что люди яко­бы по-прежнему будут пла­тить за музы­ку. Но что каса­ет­ся нас — то нас это не очень бес­по­ко­ит. Нам про­сто нра­вит­ся запи­сы­вать музы­ку и полу­чать от это­го удо­воль­ствие, как насто­я­щим луч­шим дру­зьям.

 

А ты мог бы назвать име­на тех поп-проектов, с кото­ры­ми ты рабо­та­ешь?

— Прогугли это. И сам най­дёшь.

 

Не нахо­дил их. Ну я, прав­да, и не осо­бо искал.

— Дело в том, что я дер­жу эти виды дея­тель­но­сти совер­ше­но раз­дель­но. И, в каком-то смыс­ле, O.Children – это такая тера­пия для меня. Если я в сту­дии рабо­таю с дру­ги­ми людь­ми и про­ек­та­ми и начи­наю чув­ство­вать кото­рую «пере­до­зи­ров­ку» от саун­да EDM, то я гово­рю себе: «Окей. Ещё ведь есть O.Children». и я могу вер­нуть­ся в сту­дию для рабо­ты с еще боль­шим удо­воль­стви­ем. И я не хочу, что­бы эти два мира встре­ча­лись друг с дру­гом.

 

Насколько я пони­маю, из этих двух миров O.Children — твоё глав­ное Дело?

— Именно так. Порой то, что я делаю в поп-индустрии, поз­во­ля­ет мне нахо­дить нечто для O.Children. то есть это две вещи кото­рые я делаю одно­вре­мен­но.

Тоби, ска­жи, пожа­луй­ста, у вас суще­ству­ет схе­ма запи­си песен? Возможно, ты при­хо­дишь с наброс­ка­ми, и вы импро­ви­зи­ру­е­те, или устра­и­ва­е­те джем-сейшн в сту­дии?

— Мы нико­гда не устра­и­ва­ли джем-сессий. Мы нико­гда не были джем-группой. Этот про­цесс в сту­дии ско­рее напо­ми­на­ет рож­де­ние ребён­ка. Если у нас есть идея, то мы рабо­та­ем над тем, что­бы пре­вра­тить её в плоть. Именно над этим мы тру­дим­ся, как груп­па, при­дать идее обо­лоч­ку, тело, гла­за и так далее. Чтобы, в ито­ге, полу­чи­лось пол­но­цен­ное дитя.

Что каса­ет­ся про­цес­са запи­си… Мы все­гда зна­ем, что мы будем делать ещё до того, как отпра­вим­ся в сту­дию. Потому что мы не хотим впу­стую тра­тить вре­мя.

 

Время в сту­дии?

— Вообще, где бы то ни было. Чем бы мы ни зани­ма­лись, мы дела­ем это с удо­воль­стви­ем.

 

Существует сте­рео­тип, из-за кото­ро­го мас­са талант­ли­вых музы­кан­тов вос­при­ни­ма­ет­ся как «певец одной пес­ни» — ну, напри­мер, Крис де Бург с «Lady In Red», Крис Айзек с «Wicked Games», Benassi c «Satisfaction», Mika c «Relax», Gotye… Ваш син­гл «Dead Disco Dancer» ока­зал­ся осо­бен­но попу­ля­рен, что подоб­ные рис­ки для O.Children всё-таки созда­ёт. Как, на твой взгляд, мож­но избе­жать пре­вра­ще­ния в «груп­пу одной пес­ни»?

— Ну, я не знаю. Наверное, это всё-таки зави­сит от того, насколь­ко ты талант­лив. Мы — это дру­зья, кото­рым нра­вит­ся вме­сте делать музы­ку. А всё осталь­ное сле­ду­ет из это­го. Если подоб­ное всё-таки слу­чит­ся с нами, то это будет про­сто как, ска­жем, начать новый отре­зок исто­рии и про­дол­жать созда­вать новый мате­ри­ал.

Мы же не в инду­стрии мэйджор-лейблов, мы неза­ви­си­мы, нас никто не под­го­ня­ет.
Мы зани­ма­ем­ся музы­кой не ради сла­вы, а ради удо­воль­ствия и люб­ви к музы­ке. В этом весь смысл.

Крупные же лейб­лы часто хотят от арти­стов, что­бы их сле­ду­ю­щий син­гл был как мож­но боль­ше похож на тот хит, кото­рый уже хоро­шо про­да­ёт­ся. Раз есть успеш­ный хит – зна­чит, толь­ко так и нуж­но даль­ше зву­чать.

Если про­дол­жать делать музы­ку так, как тебе хочет­ся — оста­ва­ясь вовле­чён­ным в этот про­цесс — то тогда не стать «арти­стом одной пес­ни». Я так думаю.

 

Возвращаясь к вашим ран­ним дням и тво­ей преж­ней груп­пе «Bono Must Die». Слушал ли ты послед­ний аль­бом U2 и вооб­ще слу­ша­ешь ли U2?

— Хочу про­яс­нить. Название Bono Must Die было, конеч­но, шут­кой. Это назва­ние, на самом деле, пред­ло­жил не я, а доч­ка музы­кан­та Боба Гелдофа. Это такой экс­клю­зив тебе, на самом деле, пото­му что я это­го нико­гда нико­му рань­ше не рас­ска­зы­вал. Это была такая шут­ка, когда мы были совсем юны­ми. Она при­ду­ма­ла это имя, и мы какое-то вре­мя его исполь­зо­ва­ли.

 

То есть ниче­го лич­но­го про­тив Боно вы не име­ли?

— Я даже ска­жу, что мне нра­вят­ся ран­ние U2 – пери­о­да аль­бо­ма “War”.

 

Могу я спро­сить о тво­ем люби­мом аль­бо­ме U2?

— У меня его нет. Мне нра­вят­ся пес­ни. Я вооб­ще люб­лю ран­ние аль­бо­мы – групп The Strokes, Sonic Youth, Nick Cave &  The Bad Seeds, Grindermsn. Я ско­рее люб­лю отдель­ные пес­ни, кото­рые у меня в голо­ве скла­ды­ва­ют­ся в аль­бом. Так что люби­мо­го аль­бо­ма U2 у меня нет. Мне очень нра­вит­ся, напри­мер, пес­ня “Sunday, Bloody Sunday”. Просто отлич­ная. Боно мог здо­ро­во писать пес­ни, когда был моло­дым.

 

Ну сей­час U2 ста­ли такой музы­каль­ной кор­по­ра­ци­ей, со сво­ей кор­по­ра­тив­ной соци­аль­ной ответ­ствен­но­стью…

— Да, это дохо­дит ино­гда до кари­ка­тур­но­сти. Наверное, когда мы ста­нем стар­ше, я тоже буду так делать, кто зна­ет. Но сей­час, пока я молод, я про­сто ста­ра­юсь полу­чать удо­воль­ствие от музы­ки. Надеюсь, так будет ещё очень дол­го.

 

Тоби, в чём твой источ­ник энер­гии для вдох­но­ве­ния? Почему вам хочет­ся запи­сы­вать новую музы­ку?

— Сила сей­час в тво­их руках. Если тебе хочет­ся запи­сы­вать музы­ку — тебе боль­ше не нуж­но тра­тить кучу денег на сту­дию и про­во­дить там мас­су вре­ме­ни. Демо сей­час запи­сы­ва­ют­ся дома, а в сту­дии мате­ри­ал дора­ба­ты­ва­ет­ся, сво­дит­ся и масте­рит­ся. Сейчас ведь ста­ло гораз­до ком­форт­нее созда­вать музы­ку. И рас­про­стра­нять тоже. Для зву­ко­ин­ду­стрии это пло­хо. Но для людей, кото­рые любят созда­вать музы­ку, не было луч­ше­го вре­ме­ни, чем сей­час.

В наши дни, если ты пыта­ешь­ся зани­мать­ся музы­кой для того, что­бы про­сла­вить­ся – не стóит, бро­сай это дерь­мо. Иди в шко­лу, ста­но­вись док­то­ром. Но не пытай­ся делать это толь­ко ради сла­вы, пото­му что это не сра­бо­та­ет.

Но! Если ты дей­стви­тель­но хочешь зани­мать­ся тем, что по-настоящему любишь — вся энер­гия для это­го в тво­их руках.

 

У груп­пы O.Children есть люби­мая стра­на, где вам понра­ви­лось высту­пать боль­ше все­го? Или это все­гда одно и то же?

— Куда бы мы не отпра­ви­лись, эмо­ции вся­кий раз раз­ные. Моя люби­мая стра­на, где мы высту­па­ли — и, я думаю, так будет уже все­гда — это Румыния. Первое наше шоу, кото­рые мы отыг­ра­ли за пре­де­ла­ми Великобритании, состо­я­лось в Румынии. Мы дол­го доби­ра­лись туда, но когда мы вышли на сце­ну – это было потря­са­ю­ще. Огромная сце­на, дул ветер… Мы отыг­ра­ли потря­са­ю­щее шоу, и меня это очень впе­чат­ли­ло тогда.

 

Вашу музы­ку не слиш­ком часто кру­тят на радио и по теле­ви­де­нию. Тем не менее, вы извест­ны и попу­ляр­ны в опре­де­лён­ных кру­гах. У мно­гих арти­стов это спра­ши­ваю — тебе не кажет­ся, что роль «клас­си­че­ских» медиа по-прежнему пере­оце­ни­ва­ет­ся рекорд-лейблами?

— Роль клас­си­че­ских медиа опре­де­лён­но завы­ше­на. Но про­бле­ма в том что, как мне кажет­ся, мэйджор-лейблы по преж­не­му недо­оце­ни­ва­ют того огром­но­го вли­я­ния, кото­рое ока­зы­ва­ет Интернет. Например, вме­сто радио ты запро­сто можешь слу­шать всё, что хочешь, в Интернет. Музыка ста­ла обще­до­ступ­на и бес­плат­на, её боль­ше нель­зя удер­жать в цеп­ких руках.

Мы, O.Children, созда­ём музы­ку, думаю в первую оче­редь о музы­ке, а не о день­гах. Конечно, когда день­ги при­хо­дят – это хоро­шо, мы при­ни­ма­ем их. Мы дума­ем о том, как создать хоро­шую музы­ку. Ведь если тебе нуж­на музы­ка — ты её нахо­дишь. Тебе боль­ше не нуж­ны герои радио-эфиров. Если ты услы­шал что-то — ты это сра­зу полу­ча­ешь. Как мы с тобой уже рань­ше гово­ри­ли, музы­каль­ная инду­стрия в её при­выч­ном виде про­сто сдох­ла.

Вся власть над музы­кой сей­час в руках тех, кто её слу­ша­ет. Тех, кто меня­ет её. Или хотя бы ста­но­вит­ся с ней одним целым.

 

Слушайте / читай­те так­же экс­клю­зив­ное «выезд­ное» интер­вью Stereoigor с Alt‑J:

Поделиться: