Jay-Jay Johanson: “Чем меньше город, в котором живешь, тем громче нужно заявлять о себе”

Интервью с Jay-Jay Johanson случались у нас в STEREOBAZA не единожды. Мы решили опубликовать текстовую версию беседы одной из встреч, состоявшейся у Stereoigor с этим обаятельнейшим шведским артистом после выхода девятого альбома Йохансона “Cockroach” (2013).

Stereoigor: Сейчас настало время очередного жизненного цикла: возвращается трип-хоп. Morcheeba, Tricky записали пластинки с саундом, очень похожим на их первые работы. Твоя запись “Cockroach” временами хоть и похожа на ранние работы, но всё же звучит иначе, чем дебют. Ты не пытались тоже повторить звук первого альбома “Whiskey”?

Jay-Jay Johanson: – Да, новый альбом звучит по-иному. Дело в том, что его запись осуществлялась больше с живыми рекорд-сессиями – в то время, как в моём дебютном диске было много семплов. Да, я согласен с тем, что новый альбом Tricky действительно временами звучит довольно близко к его первой пластинке. Но мне интересно двигаться дальше в звуке. Хотя элементы трип-хопа в «Cockroach» присутствуют.

Эксклюзивное интервью с Tricky можно прочитать и услышать здесь.

 

В твоём втором альбоме – “Tattoo” –  есть трек, который так и называется — “Jay-Jay Johanson”. Он сделан так, словно ты просто ответил на вопросы анкеты. Как эта идея пришла тебе в голову?

– Прежде всего, когда я придумывал эту песню, я хотел больше рассказать о себе. Это было уже после выхода моей дебютной пластинки. И тогда я подумал, что было бы хорошо во втором альбоме дать возможность слушателям больше познакомиться со мной. Поэтому я и решил сделать такую песню, в таком виде, как будто отвечаю на вопросы, скажем, полицейского рапорта.

Я не раз слышал, что, несмотря на твою мировую известность, на родине, в Швеции ты не так популярен, как в других странах мира. Это по-прежнему так?

– Да, это так — менее всего я известен именно в Швеции и Африке. В Африке мы не проводим выступлений, да и диски там мои не продаются.

А вот в Швеции ситуация такова, что там, в основном, всё очень ориентировано на британский и американский музыкальный бабл-гам-поп рынок. Поскольку моя музыка отличается, то вполне естественно, что популярность в других странах выше.

Мы с группой очень часто выступаем в Китае, Японии, в Мексике. В Швеции я начинал как экспериментатор, и вырос в довольно маленьком городке — с населением всего 7 тысяч человек. Эрик — концертный клавишник — тоже оттуда. Артисту легче оказаться замеченным в крупных городах таких музыкальных с огромными рынками. У меня было по другому. Ведь чем меньше город, в котором живешь, тем гораздо громче тебе нужно заявлять о себе.

 

Тем не менее, очень много коллективов именно из Швеции вышло на мировую сцену. Те же Miike Snow, например, и другие новые знаменитые имена. То есть, в сравнении с размером страны, как бы не больше всех остальных.

– Бо́льшая часть этих групп, конечно, играет в более мэйнстрим-направлении.
Хотя если использовать предложенное сейчас Вами сравнение с численностью населения – то тут, пожалуй, будет лидировать Исландия, где живет всего 250 тысяч человек.
Тем не менее, после Bjork и Sugar Cubes открылась целая линейка интересных исполнителей и артистов, которые регулярно появляются из Исландии на мировую сцену.

Ты пишешь музыку, которая нечасто попадала в эфир поп-радиостанций и музыкальных телеканалов (за исключением, пожалуй, альбома «Антенна»). Тем не менее, ты очень популярный артист и на твои концерты приходит множество людей. Как ты думаешь, не была переоценена ли роль радио и телевидения в успехе современных музыкантов?

– В этом великая сила Интернета. Когда нас впервые приглашали в Мексику, например, я выяснил, что там продано всего около пятисот копий моих записей. Тем не менее, интерес всё равно есть. Люди находят музыку, которая им интересна, и сейчас им здорово помогает в этом Сеть.

В Евангелии от Матфея сказано: «От избытка сердца говорят уста». В твоих песнях всегда много боли, скорби, отчаяния. Ты действительно настолько несчастлив в реальной жизни?

– Когда я сочиняю песни, я пишу много об одиночестве. Когда я был совсем один, много лет назад, я и писал об этом. Потом у меня появилась семья – жена, ребёнок. Однако я вынужден очень много ездить — Китай, Европа, Япония. Я провожу много времени вдали от дома, от семьи. Поэтому те песни, которые я писал об одиночестве тогда, на самом деле искренни и об одиночестве сейчас.

Ты объездил с концертами весь мир. Какая из стран – аудиторий — наиболее любима тобой?

– Это Франция. Так получилось, что меня ранее всего признали во Франции, ещё в девяностых, с первыми записями.
Наибольший успех пришёл ко мне именно там.

Ты уже не первый раз в Украине. Ощущаются какие-то изменения в здешней публике?

– Изменения я вижу вот в чём: новые поколения молодых людей сейчас растут на, в общем-то, одной и той же радио-форматной музыке и музыке, которая крутится на музыкальных телеканалах. Поэтому границы исчезают, различия уходят. Среди более взрослых аудиторий они еще как-то чувствуются, но чем младше слушатели, тем всё больше они похожи между собой

 

Также напомним о ещё одной записанной беседе Stereoigor с jay-Jay Johanson:

 

Подпишись бесплатно на все важные музыкальные новости:

 

Поделиться: